Russia Online, Inc.

Помимо основных праздничных скидок, также действует 50% скидка на все последние экземпляры книг в вышеозначенных категориях, а также предлагаются календари (настенные и отрывные).

По вашему желанию мы совершенно бесплатно завернем вашу покупку в подарочную упаковку.

С наступающим Новым Годом!

Книга "Операция Единая Россия"

2011-12-23T13:00:00.000-05:00

"В столичных магазинах приостановлена продажа их магазинах пропала книга «Операция "Единая Россия". Неизвестная история партии власти» сообщает Газета.ру. «Новость первая пришла от магазина сети «Буквоед», где человек рассказал, что книга была изъята из продажи по приказу сверху», - рассказал изданию соавтор книги о «Единой России» журналист Илья Жегулев. Согласно издательской аннотации, «Операция "Единая Россия"» Ильи Жегулева и корреспондента газеты «Ведомости» Людмилы Романовой, - «подлинная история "Единой России", повествующая о ее появлении на свет, о том, как она превратилась в "корпорацию" по добыче власти и постамент для властной вертикали».

Книга доступна в нашем магазине.

Fair Vote for Russia - Washington DC

2011-12-22T16:04:00.001-05:00

24 декабря в субботу у посольства вВашингтоне на Висконсин авеню с двух до четырех часов дня состоится митинг тех,кого не устраивает монополия власти в России. Это будет уже второй митинг,первый состоялся 10 декабря после фальсификаций на выборах в Думу.

24 декабря митингующие Вашингтона хотят поддержать всех, кто вэтот же день будет на проспекте Сахарова в Москве.Там ожидается от 50 до 100тысяч человек.

"Мы не представляем никакие партии и никакихполитиков. Мы не хотим революций. Мы отстаиваем право выбора – это главное. Всемогут прийти с разными лозунгами.

Вы будете в кругу достойных людей, которые солидарны с теми, кто сейчас боретсяза свои элементарные человеческие права в России. Так что приходите всейсемьей, если вам, конечно, не все равно. Можно прийти с лозунгами, а можно простос цветами, но, главное, приходите!"

Click here to see this event on Facebook.

Bookstore

2011-12-20T13:06:00.001-05:00

SNUFF. Новый роман Виктора Пелевина

2011-12-19T11:10:00.000-05:00

Избранные цитаты из нового романа:

О революциях: Все без исключения революции в нашем уркистане кончаются кровью, говном и рабством. Из века в век меняется только пропорция. А свобода длится ровно столько, чтобы успеть собрать чемодан.
О деньгах: Их, если разобраться, все равно не было ни у кого, кроме тех, кто их печатал. Остальным их только давали иногда подержать - чтобы убедить, что они бывают, и заставить работать дальше.
О медиа-бизнесе: Когда к людям приходит горе, постарайтесь хорошенько его продать в виде новостей - и будет вам счастье.
О вертухаях: Первую половину жизни глобальные урки борются друг с другом за право уехать из Уркаины в Лондон, а вторую половину - сидят в Лондоне и смотрят телевидение Уркаины.
Об устройстве мира: Верхние ребята по итогам года просто назначают себя в десять раз богаче, элегантно тыкая в клавиатуру наманикюренными ногтями.
О Пелевине: "Угрюмым затворником", "нелюдем", "бирюком" и "кокеткой" в наше время называют человека, который не хочет бесплатно трахать свинью перед телекамерой. А если не хочет даже за деньги, тогда говорят - "пытается окружить себя ореолом загадочности".
О женщине: Женщина - не человек. А проститутка - единственное, что может спасти человека от женщины.
Об "я": Пока вы глядите на мир с кочки, которую научились считать "собой", вы платите слишком высокую арендную плату. Не принимайте за себя ничего из того, что становится видно, когда разматывается нить жизни.
О жизни: Жизнь - это узкая полоска между огнем страдания и призраком кайфа, где бежит, завывая от ужаса, так называемый свободный человек. И весь этот коридор - только у него в голове.
О свободе: Свобода как солнце - привыкать к ней надо с детства. Потом уже трудно.

Источник: сообщество читателей Пелевина в сети LiveJournal.

Книга доступна в нашем магазине.

What we read at Russia Online

2010-12-15T14:11:00.004-05:00

Books are what we do and love. It is true. Russia Online staff reads all the time: for fun, self-education, to learn more about the world and how it works, to learn about current events, or to become familiar with the world classics. We read in Russian, English, and German, and have very different tastes in literature. Love for books and reading makes being in book business even more interesting. Having constant access to books, we try not to miss anything noteworthy; however, the books we read do not often come from the shelves of our store..

We decided to start a new rubric in this blog and talk about books that we currently read:
A Dangerous Liaison (by Carole Seymour-Jones) is a biography of Simone DeBeauvoir and Jean-Paul Sartre.

"Seymour-Jones's narrative crackles and pops with engrossing anecdotes." - The Observer.

"Filled with delicious detail... eminently readable. Seymour-Jones's book is as page-turning as it is scholarly. The end result is quite dazzling." -The Guardian.

"Extremely detailed, well researched, and completely absorbing." - Booklist.

"Appearing in what might be called a 'sexography,' Sartre, the Nobel-winning existentialist philosopher, and Beauvoir, existentialist and pioneering feminist, cavort with a dizzying panoply of partners...A spiraling double-helix of a relationship whose sordid beauty fascinates even as it repels." - Kirkus

"An important contribution to the study of De Beauvoir and Sartre that will be appreciated both by general readers and by scholars of French literature and culture and women's studies." - Library Journal

Griftopia: Bubble Machines, Vampire Squids, and the Long Con That Is Breaking America (by Matt Taibbi).

Words escape me at this time. Having read Michael Lewis' Big Short and being familiar with the technical and dense Wall Street jargon for the craziness of CDOs/derivatives and the insanity of CDS, Taibbi's use of colorful language and straightforward explanations was a breath of fresh air. But really how fresh is that air coming over a moral/fiscal equivalent of a rendering plant/feed lot on a hot August day? Griftopia is not a rehash of Taibbi's article on Goldman Sachs, but it is wider look at the depth and breadth of the problem. Released on Nov 2nd - Election Day - Taibbi in his epilogue predicts with Cassandra like clarity the idiocy of the electorate "The Tea Party and its ilk will have found a way to push the national conversation in the desired idiotic direction. Instead of talking about what to do about the fact that, after all the mergers in the crisis, just four banks now account for half of the country's mortgages and two-thirds of its credit card accounts, we'll be debating whether or not we should still automatically grant citizenship to the American-born children of illegal immigrants, or should let Arizona institute a pass-law regime, or some such thing." No Hollywood happy end to this book..."The ability of
its citizens to lose focus so quickly and to be distracted by everything from Lebronomania to the immigration debate is part of what makes America so ripe for this particular type of corporate crime." So rest easy out there, buy your gold from Glenn Beck, pass anti-sharia laws do whatever the **** you want - in the meantime Wall Street is selling you out - from your roads, bridges and parking meters to squeezing everything it can out of your assets in government sanctioned rigged casino.

The Return of Depression Economics and the Crisis of 2008 (by Paul Krugman)

Another piece in the puzzle - Krugman's revised edition of his
1999 book examining the Asian/Russian meltdowns of the late 1990s give a good historical/economic comparison point for the current situation we find
ourselves in. Unfortunately, financial reforms and regulations, already
sabotaged by Wall Street interests in Congress, face even larger challenges with the new incoming Congress in January.

Новая книга Виктора Пелевина...

2010-12-07T19:42:00.003-05:00

... называетя "Ананасная вода для прекрасной дамы"

Название навеяно стихотворением В. Маяковского ВАМ!

Вам, проживающим за оргией оргию,
имеющим ванную и теплый клозет!
Как вам не стыдно о представленных к Георгию
вычитывать из столбцов газет?!

Знаете ли вы, бездарные, многие,
думающие нажраться лучше как, -
может быть, сейчас бомбой ноги
выдрало у Петрова поручика?..

Если б он, приведенный на убой,
Вдруг увидел, израненный,
как вы измазанной в котлете губой
похотливо напеваете Северянина!

Вам ли, любящим баб да блюда,
жизнь отдавать в угоду?!
Я лучше в баре блядям буду
подавать ананасную воду!

1915 год.

Названы лауераты Большой Книги!

2010-11-24T11:05:00.000-05:00

Итак, первое место: Павел Басинский - Лев Толстой. Бегство из Рая
Ровно 100 лет назад в Ясной Поляне произошло событие, которое потрясло весь мир. Восьмидесятидвухлетний писатель граф Л.Н.Толстой ночью, тайно бежал из своего дома в неизвестном направлении. С тех пор обстоятельства ухода и смерти великого старца породили множество мифов и легенд... Известный писатель и журналист Павел Басинский на основании строго документального материала, в том числе архивного, предлагает не свою версию этого события, а его живую реконструкцию. Шаг за шагом вы можете проследить всю жизнь и уход Льва Толстого, разобраться в причинах его семейной драмы и тайнах подписания им духовного завещания. Книга иллюстрирована редкими фотографиями из архива музея-усадьбы Ясная Поляна и Государственного музея Л.Н.Толстого.

Второе место: Александр Иличевский - Перс

В новом романе букеровского лауреата Александра Иличевского молодой ученый Илья Дубнов, гражданин США, после тяжелого развода с женой отправляется на Каспий, в места своего детства. Там, на задворках бывшей советской империи, он встречает школьного друга, Хашема Сагиди, выходца из Ирана. Природный человек, он живет в заповеднике, обучает соколов охоте. В степи он устраивает вместе с егерями своеобразный фаланстер - Апшеронский полк имени Велимира Хлебникова, несущий зерно новой веры…

Третье место: Виктор Пелевин - t

«t» обращен даже не к последнему роману В. П., который критики числят по ведомству «литературы» — т.е. не к «Generation "П"», а к «Чапаеву и Пустоте», Пелевин смотрит не в начало десятилетия, а в 1996 год. Собственно, отчасти «t» — приквел «Чапаева»: граф привиделся Пустоте тринадцать лет назад пересекающим Стикс.м. Важнее, что Пелевин в чисто формальном смысле возвращается назад: к последовательному нарративу, к романной форме, к отказу от жанровых экспериментов и, в общем, даже умеряет свою страсть к заполнению текста дурными каламбурами. Источник.

Объявлены финалисты "Русского Букера-2010"

2010-10-09T13:09:00.001-04:00

В 2010 году для участия в конкурсе премии «Русский Букер» номинировано 95 произведений, допущено – 24. В процессе выдвижения номинантов приняли участие 47 издательств, 9 журналов, 4 университета и 11 библиотек.

В 2010 году старейшая в России независимая литературная премия будет присуждаться в 19-й раз. Размер приза, получаемого победителем, в этом году увеличился и составляет 600 тысяч рублей, (ок. $20,000) финалисты получат по 60 тысяч рублей (ок. $2,000).

Победитель станет известен 2 декабря 2010 года.

Шесть претендетнов на премию 2010 года:

1. Олег Зайончковский. Счастье возможно. М.: Астрель, 2009
2. Андрей Иванов. Путешествие Ханумана на Лолланд. Таллинн: Авенариус, 2009
3. Елена Колядина. Цветочный крест. Вологда: ж-л «Вологодская литература», № 7, 2009
4. Мариам Петросян. Дом, в котором… М.: Книги Гаятри, 2009

5. Герман Садулаев. Шалинский рейд. М.: ж-л Знамя, № 1-2, 2010
6. Маргарита Хемлин. Клоцвог. М.: Центр книги ВГБИЛ им. М.И. Рудомино, 2009

Источник: www.russianbooker.org

Meanwhile in Frankfurt...

2010-10-07T10:59:00.001-04:00

... the annual book fair has started. Here are some photos:

Аудиокниги на украинском языке

2010-09-23T17:32:00.009-04:00

А у нас новые поступления книг на украинском языке. Прекрасно исполнены народными артистами Украины:
Тарас Бульба. Вій (Гоголь Микола)
Вечори на хуторі біля Диканьки (Гоголь Микола)
Зачарована Десна (Довженко Олександр)
Борислав сміється (Франко Іван)
Інститутка (Марко Вовчок)
Кайдашева сім'я (Нечуй-Левицький Іван)
Хіба ревуть воли, як ясла повні (2 CDs) (Мирний Панас)
Конотопська відьма (Квітка-Основ'яненко Гр.)
Лис Микита (Франко Іван)
Новели та оповідання (Коцюбинський Михайло)
Повія (2 CDs) (Мирний Панас )
Тіні забутих предків (Коцюбинський Михайло)
Твори (Нечуй-Левицький Іван)

Слушать отрывок из аудиокниги "Твори" Ивана Нечуй-Левицкого:

The Girl Who Fixed the Umlaut (by Nora Ephron)

2010-09-16T11:34:00.007-04:00

There was a tap at the door at five in the morning. She woke up. Shit. Now what? She’d fallen asleep with her Palm Tungsten T3 in her hand. It would take only a moment to smash it against the wall and shove the battery up the nose of whoever was out there annoying her. She went to the door.

“I know you’re home,” he said.
Kalle fucking Blomkvist.
She tried to remember whether she was speaking to him or not. Probably not. She tried to remember why. No one knew why. It was undoubtedly because she’d been in a bad mood at some point. Lisbeth Salander was entitled to her bad moods on account of her miserable childhood and her tiny breasts, but it was starting to become confusing just how much irritability could be blamed on your slight figure and an abusive father you had once deliberately set on fire and then years later split open the head of with an axe.
Salander opened the door a crack and spent several paragraphs trying to decide whether to let Blomkvist in. Many italic thoughts flew through her mind. Go away. Perhaps. So what. Etc.
“Please,” he said. “I must see you. The umlaut on my computer isn’t working.”
He was cradling an iBook in his arms. She looked at him. He looked at her. She looked at him. He looked at her. And then she did what she usually did when she had run out of italic thoughts: she shook her head.
“I can’t really go on without an umlaut,” he said. “We’re in Sweden.”
But where in Sweden were they? There was no way to know, especially if you’d never been to Sweden. A few chapters ago, for example, an unscrupulous agent from Swedish Intelligence had tailed Blomkvist by taking Stora Essingen and Gröndal into Södermalm, and then driving down Hornsgatan and across Bellmansgatan via Brännkyrkagatan, with a final left onto Tavastgatan. Who cared, but there it was, in black-and-white, taking up space. And now Blomkvist was standing in her doorway. Someone might still be following him—but who? There was no real way to be sure even when you found out, because people’s names were so confusingly similar—Gullberg, Sandberg, and Holmberg; Nieminen and Niedermann; and, worst of all, Jonasson, Mårtensson, Torkelsson, Fredriksson, Svensson, Johansson, Svantesson, Fransson, and Paulsson.
“I need my umlaut,” Blomkvist said. “What if I want to go to Svavelsjö? Or Strängnäs? Or Södertälje? What if I want to write to Wadensjö? Or Ekström or Nyström?”
It was a compelling argument.
She opened the door.
He handed her the computer and went to make coffee on her Jura Impressa X7.
She tried to get the umlaut to work. No luck. She pinged Plague and explained the problem. Plague was fat, but he would know what to do, and he would tell her, in Courier typeface.
Plague wrote.

She went to the bathroom and got a Q-tip and gently cleaned the area around the Alt key. It popped into place. Then she pressed “U.” An umlaut danced before her eyes.
Finally, she spoke.
“It’s fixed,” she said.
“Thanks,” he said.
She thought about smiling, but she’d smiled three hundred pages earlier, and once was enough.

Source: The New Yorker (c)

September Newsletter

2010-09-11T17:04:00.000-04:00

Click here to see our September Newsletter

Финалисты Национальной Литерарурной Премии "Большая Книга"

2010-09-01T16:54:00.003-04:00

Жюри Большой книги определило список из четырнадцати финалистов. К концу года будет выбран победитель. Судя по высокой оценке произведений критиками и читателями, победителя выбрать будет довольно трудно. Можно не ждать решения жюри и выбрать лучший роман самим:

Евсеев Борис "Евстигней"

Александр Иличевский - "Перс"

Клюев Евгений - "Андерманир штук"

Крусанов Павел - "Мёртвый язык"

Павлов Олег - "Асистолия"

Басинский Павел - "ЛЕВ ТОЛСТОЙ: бегство из рая"

Пелевин Виктор - "Т"

Сенчин Роман - "Елтышевы"

Балдин Андрей - «Московские праздные дни»

Водолазкин Евгений - «Соловьёв и Ларионов»

Гиголашвили Михаил - «Чёртово колесо»

Зайончковский Олег - «Счастье возможно: Роман нашего времени»

Садулаев Герман - «Шалинский рейд»
Эппель Асар - «Латунная луна»

Книга недели - "Бегство из рая" Павел Басинский

2010-08-26T16:54:00.001-04:00

Почему Лев Толстой в глубокой старости решил покинуть Ясную Поляну? Он "пошел в народ"? Он не вынес напряженной домашней обстановки? Или он наконец решил осуществить давнюю мечту уйти странствовать, как это сделал Будда? Существует множество догадок и несколько обоснованных версий. Писатель Павел Басинский написал на эту тему целую книгу о которой он рассказал в интервью:

Книга "Бегство из Рая" доступна в нашем магазине.

Summer Clearance Sale

2010-08-10T16:59:00.000-04:00

As always, at the end of summer we are cleaning up some space for the new arrivals. All of the popular categories are on sale, and in addition to that we offer free shipping on all orders over $25. If you order exceeds $100, you get a gift from us - a $15 Starbucks card.

Shop now

Please note, this offer ends on August, 31st, 2010. Offer is not valid on textbooks purchases and available only to individual, not institutional customers.

Впервые выходит автобиография Марка Твена

2010-07-29T14:11:00.003-04:00

В ноябре 2010 года поклонников Марка Твена ждет прекрасное открытие - впервые выходит его автобиография, написанная в последние 10 лет его жизни (1900-1910). Одним из предсмертных пожеланий Твена было напечатать эту книгу не раньше чем через 100 лет после его смерти, и вот, 100 лет прошло и в ноябре этого года книга выходит в издательстве Калифорнийского Университета в Беркли (University of California Press). Помимо манускриптов, в университете хранится множество фотографий, писем, рисунков и книг из личной библиотеки Твена.

Книга будет состоять из 3-х томов, первый из которых уже готовится к печати группой редакторов под руководством Роберта Хирста, куратора университетской библиотеки и распорядителя наследия Твена. Небольшие отрывки автобиографии печатались в газетах при жизни писателя, но большая часть манускрипта никогда не видела свет.

Сейчас, когда книга еще не издана, существует множество версий почему Твен не хотел издавать эту книгу при жизни или сразу после смерти: он хотел свободно говорить о политике и религии (он особенно критиковал религию и церковь в последние годы); может, он не хотел задеть тех, кого он знал и с кем был близок; отношения Твена с Изабель Лион, ставшей его секретарем после смерти его жены, покрыты тайной, вполне возможно, что он не хотел делать их достоянием общественности при жизни.

На фоне всех догадок возникает вопрос: изменится ли образ великого американца, любимого писателя, после прочтения его биографии? Каким он предстанет перед читателями?

Источник

New arrivals: Fiction and Textbooks

2010-07-21T15:48:00.001-04:00

There are a few new interesting titles in the Fiction and Learning Russian sections.

Click here to see what is new in Fiction

Click here to see the July newsletter for teachers and learners of Russian where we offer 20% discount and free shipping.

Feel free to contact us if you have any questions or comments.

"И настроение улучшается..."

2010-07-07T10:58:00.000-04:00

Евгений Гришковец. Писатель и актер. Не любит, когда его называют драматургом. Пишет повести, пьесы и рассказы, участвует записи песен группы "Бигуди". А так же ставит неподражаемые моноспектакли. Отрывок из спектакля "Как я съел собаку":

Happy 4th of July!

2010-07-06T12:54:00.013-04:00

Being located so close to the nation's capital, we could not miss the grand 4-th of July fireworks. Here is what it looked like this time:

People gathered early in order to occupy a good spot for the better view.

And right after dark the firework show begun:

How was your 4th of July?

Also at ALA...

2010-07-01T15:45:00.001-04:00

... there was an author's presentation of the book called "Stitches: A Memoir". Yes, David Small was telling his story about the process of creation of his memoir in a comic story format. He said he knew that it was very unlikely that he would write a book, but he still wanted to tell his story. Being an extraordinary artist, he started to make drawings of his childhood home and his family. The process of creation of the drawings forced him to re-live his horrific childhood and revive his long time deceased mother "as if she were Frankenstein". Unable to stop, he make more and more drawings until he decided to combine them into a story and show them to a literary agent. To make the long story short, five major publishers made him an offer in less than 24 hours after they received a manuscript.

The book came out and shortly after won The National Book Award.
This story is very unique in its circumstance and at the same time many readers who were unloved as kids can associate with it.
We will not give out the plot; if you have not read this book, we encourage you to do it. The best introduction to it would be this video with five scenes from the book where author reads his own text:

ALA was fun!

2010-06-30T17:42:00.002-04:00

American Library Association convention was fun! We had a wonderful time and met so many interesting people! In our stand we were showing our exclusive projects and gave away our flyers and catalogs. For those who did not know, we are the exclusive seller of the first three Dr.Seuss' books in Russian, and an official distributor of the guide book Hello, America!

Exhibits were both fun and useful. It took us three days to see all of the booths and to collect catalogs and samples.

Wondering around the exhibit halls, we encountered many amazing vendors with with great products, including those fascinating pieces of library equipment that can accept a book and then, after scanning it, deliver it to the specific bin, or super fast big scanners that can digitize book/album pages for papers and presentations!

In addition to the publishers and sellers, many book authors attend ALA. They give presentations and interviews, and sign books. We have met an extraordinary children's book author, Robert Forbes, who was presenting his new book called Let's Have a Bite! It is a collection of poems for children over 7 years old and it is coming out this Fall at the Overlook Press publisher.

Although this book is not yet available to the public, we got a chance to read it and can tell that is going to be a big hit!

To be continued.

Приглашаем на ALA (Washington, DC)!

2010-06-22T12:31:00.002-04:00

Уже в эту пятницу (25-го июня) начинается конвенция библиотекарей США (American Library Association) которая продлится до понедельника (28-го июня) и на которую мы приглашаем всех желающих совершенно бесплатно! (ссылка на бесплатную регистрацию ниже)
Что такое ALA?
ALA - это всеамериканский съезд библиотекарей и издателей (и прочих бизнесов, связанных с издательством и библиотечным делом). В программе конференции не только сессии для специалистов, а еще и выставки, встречи с писателями, розыгрыш призов и угощения.
Участники и посетители получают возможность приобрести выставляемые книги и журналы с большой скидкой (до 50% на новейшие издания и бестселлеры), а также получить скидочные купоны и множество печатной продукции совершенно бесплатно.
Издатели периодики раздают свежие выпуски своих публикаций - это касается и развлекательных журналов (поп-культуры и комиксов) и серьезных профессиональных изданий (например, все (!) журналы выпускаемые Американской Ассоциацией Психологов доступны совершенно бесплатно).
Выставочный зал вместит около 2500 стендов и около 10000 посетителей!
Посмотреть кто будет участвовать (магазины, издательства, и пр.) можно по этой ссылке (pdf).
Специально для этого собрания арендован Вашингтонский Convention Center, который находится в самом центре города и до которого можно легко добраться на любом виде транспорта. (Карты дорог и остановки общественного транспорта можно посмотреть по этой ссылке).
Программу и расписание конференции можно скачать по этой ссылке (pdf).

А теперь самое главное.
Номер стенда Russia Online - 3963. Любой стенд можно легко найти по этой карте. Мы будем раздавать новейшие каталоги, а так же скидочные купоны (с 30% скидкой на любой заказ любого размера), которыми можно воспользоваться в любое время!

Чтобы бесплатно попасть на эту конференцию нужно зарегистрироваться по этой ссылке.

Приходите! Мы будем очень рады всем!

Петербургские повести - Николай Гоголь

2010-06-15T12:25:00.000-04:00

Потрясающе красивая книга «Петербургские повести» Николая Гоголя успела завоевать гран-при двух конкурсов — Международного «Искусство книги», проводимого в Москве и общенационального «Книга року». К писательскому гению в данном случае присоединился талант Юрия Чарышникова, искусного графика и тонкого психолога. Все иллюстрации в книге — это цикл его литогравюр, созданный более двадцати лет назад. Тогда современники отказались понять увиденный художником гоголевский мир. Работу не приняло ни одно издательство. «Спасти» своего Гоголя Чарышников пытался не один раз, предлагая его издательствам Москвы, Парижа, Нью-Йорка. В то время Чарышников уже стал всемирно известным представителем современного украинского искусства, а также жителем США. Но масштабность и сложность работ отпугивали издателей. Осуществить проект удалось гораздо позже, в Украине. Издатели пошли на все требования художника: он сам выбирал бумагу для книги, для такого фолианта она должна была быть очень легкой и одновременно плотной, чтобы ни один штрих не превратился в пятно. Вместе с дизайнером Чарышников сидел за компьютером, работая над каждой страницей книги. В книге удалось сконцентрировать три столетия: текст ХІХ, иллюстрации ХХ и формопринцип книжки ХХІ столетия.
Статья об издании книги и ее оформлении
Интервью с художником

Летний каталог почтой и онлайн

2010-06-14T17:58:00.000-04:00

Мы подготовили очередной, летний, каталог и он доступен для скачивания.
Скачать каталог (pdf).
Сообщите нам если вы хотите получить печатную версию. Это бесплатно. Свяжитесь с нами любым удобным для вас способом чтобы оставить заявку и сообщить адрес доставки.
Как и прежде, заказы стоимостью выше $25.00 отправляются бесплатно (внутри США), и все преподаватели и студенты получают академическую скидку.

Неотъемлемые права читателя

2010-06-08T17:15:00.003-04:00

Писатель и педагог Даниэль Пеннак сформулировал простые 10 прав читателя, которые должны помочь тем, кто уже является читателем, а также тем, кто воспитывает юных читателей (родителям и учителям):
1. Право не читать. Не обязательно постоянно что-то читать. Любовь к чтению и умение читать не обязывают к каждодневному чтению. Если хочется сделать перерыв и не читать совсем, нужно это себе позволить.
2. Право перескакивать. Не обязательно читать все страницы подряд. Если история ответвляется или автор уходит в пространные умозаключения, оставляя главного героя и основной сюжет на заднем плане, можно смело следовать за героем, а к ответвлениям вернуться при желании потом.
3. Право не дочитывать. Не все книги хочется дочитывать. Иногда после прочтения десятка страниц становится понятно, что книга в данный период жизни не вполне актуальна или текст такого масштаба или сложности пока не по силам и до него нужно "дорасти" или "дозреть". В этом случае книгу нужно отложить до лучших времен и начать читать что-то, что будет более соответствовать сегодняшнему состоянию или настроению.
4. Право перечитывать. Читатели любого возраста могут перечитывать понравившиеся книги неограниченное количество раз. Будь то "Мастер и Маргарита" или "Доктор Айболит".
5. Право читать что попало. Есть хорошие книги, а есть плохие. Есть великие романы, а есть шаблонный ширпотреб. На разных этапах жизни мы читаем и то и другое. Только после погружения в литературу разных жанров и качества мы обретаем способность различать хорошее и плохое, а так же развиваем собственный вкус. Разнородное чтение позволяет ознакомиться с разными стилями и темами и формирует собственные интересы.
6. Право на боваризм. Боваризм в данном случае - это полное погружение в книгу, будь это остросюжетный детектив, мистический триллер или история любви. Читать в запой, читать всю ночь до утра, вживаться в образ главного персонажа - это тоже часть читательского опыта.
7. Право читать где попало. Каждый читатель имеет право открыть книгу где попало. Для того, чтобы читать совсем не обязательно сидеть за столом или в кресле, быть дома или в библиотеке: можно читать стоя в вагоне метро, в очереди, в приемной, застряв в пробке, гуляя или лежа в парке и так далее.
8. Право втыкаться. Это значит выхватить с полки книгу и прочесть всего несколько страниц. А потом выхватить другую и прочесть еще несколько. Если на чтение есть всего несколько минут в день, их можно потратить на прочтение одного коротенького рассказа или любимых пяти страниц любимого романа. Отсутсвие времени не должно быть причиной полного лишения себя чтения.
9. Право читать вслух. Чтение вслух в большинстве случаев доступно только детям, хотя вслух можно читать не только детские книги. Читая текст вслух, мы можем услышать его по-новому, понять и почувствовать его иначе. Чтение вслух любимых отрывков романов или стихотворений может порадовать нас не меньше чем чтение про себя.
10. Право молчать о прочитанном. Чтение может быть отличным развлечением, но может быть и глубоко личным опытом. Не о каждой книге хочется говорить и не всегда нужно сравнивать свои впечатления с впечатлениями других. Иногда хочется свои мысли и открытия оставить себе и просто потом поделиться с кем-то книгой без лишних вступлений и комментариев.

Книга Даниэля Пеннака о том, как привить привычку читать детям и подросткам называется Как роман.

Книга этой недели - Саша, Володя, Борис... История убийства (Алекс Гольдфарб, Марина Литвиненко)

2010-06-04T11:03:00.004-04:00

Книга этой недели - "Саша, Володя, Борис... История убийства"
"Эта книга - воспоминания двух людей о третьем, дань его памяти и попытка сказать за него то, что он сам не успел. Это еще и историческая хроника глазами очевидцев. Но для нас, как авторов, их дружба, сменившаяся враждой, являются в первую очередь обстоятельствами убийства, и уж во вторую - фактами российской истории".
В центре ее - взаимоотношения двух ключевых персонажей российской политики на рубеже двух столетий - Владимира Путина и Бориса Березовского.
Прочитав эту книгу вы узнаете:
- кто, как и почему отравил Литвиненко;
- какие выдвигались иные версии и почему они были отвергнуты;
- могли ли врачи его спасти;
- почему Путин назвал Березовского ‘своим братом’;
- где в мире производят Полоний-210;
- кто убил Анну Политковскую;
- откуда взялись олигархи;
- как ‘сотворили’ Путина;
- как Дж. Буш и Тони Блэр обидели Россию;
- кто взорвал дома в Москве и Волгодонске;
- откуда у Салмана Радуева часы ‘Патек-Филип’;
- чем одурманили в Киеве Ивана Рыбкина;
- как ваххабиты пробрались в Чечню;
- что искал брат президента США в Риге;
- чем занимался Джордж Сорос на даче у Черномырдина;
- кто провел террористов в театр на Дубровке;
- что сказал Литвиненко, увидев Березовского в маске Путина;
- о чем Литвиненко рассказал ЦРУ в Анкаре, и многое другое.
Заказать книгу на сайте

Illustrated Children's Books in Polish

2010-06-02T13:38:00.004-04:00

Book fairs offer a great opportunity to flip through many new publications. Browsing the multitude of children's titles we came across a few interesting editions of children's classics in Polish. As there is no copyright for the works by Hans Christian Andersen, Grimm Brothers, and Rudyard Kipling, many publishers attempt to produce pretty children's editions with stories by these authors; however, as we all know, only few of them succeed.
Here are the examples of both professional and creative approach to publishing children's classics:

Hans Christian Andersen, "Basnie" (translated into Polish directly from Danish in order to preserve the authenticity of the text):

Snow Queen:

The Wild Swans:

The Ugly Duckling:

Spooky tales by Grimm Brothers:

Finally, unusual, gorgeous "Jungle Book" by Rudyard Kipling:

55th Warsaw International Book Fair Has Started Today

2010-05-21T10:13:00.002-04:00

Today's opening of the 55th Warsaw International Book Fair was marked by controversy. In a fight between Polish Publishers and Ars Polona (the organizer of the book fair) the publishers decided to organize their own book fair one week before the international fair. This has resulted in a dramatic reduction of Polish Publishers at the 55th fair. Among those publishers present, however, were our friends at Media Rodzina - Polish publishers of Dr Seuss, Harry Potter and many other children's and adult titles. This year they are presenting Jungle Book by Rudyard Kipling with amazing illustrations! Among the international exhibitors is a very strong collection Russian stand and also a two large booths with Ukrainian Publishers.

Meanwhile in Warsaw...

2010-05-20T15:06:00.000-04:00

... the preparation for the 55th annual International Book Fair takes place. We will be posting images from the exhibitions and the city.

Do not Miss our Offers and Coupons!

2010-05-19T16:59:00.002-04:00

We send out our newsletters once a month. We notify our customers about new arrivals, news, and upcoming events at our physical bookstore here, in Kensington. Each of our letters contains some special offer: generous discount for books highlighted in the letter, free shipping for orders of any size, or simply a coupon that can be used on any of our books listed on the web site.
Please note, our special offers and discounts are not always available through our website, often, the only way to find out about them is by subscribing to our emails. There are 16 different topics we cover (Fiction, Learning Russian, Ukrainian books, Politics, Military History, etc.) and you do not have to subscribe to all of them - just pick what you like and we will make sure you are in the loop. If you change you mind in the future, it is easy to unsubscribe, no hard feelings.

Sign up for our Email Newsletter

Do you want to see what our newsletters look like? Find them here.

Одному французу подарили диван, четыре стула и кресло

2010-05-17T14:14:00.002-04:00

Все случаи, анекдоты, короткие истории (более 150!) на одном МР3 диске под названием Пейте уксус, господа!

Английский будильник для Герцена

2010-05-15T12:31:00.001-04:00

Английский драматург, Том Стоппард, широко известный своим произведением "Розенкранц и Гильденстерн мертвы" и сценарием к фильму "Бразилия", написал трилогию о России, по которой поствлен 9-часовой(!) спектакль. Герои этого спектакля: Бакунин, Герцен, Огарев, Белинский, Чаадаев, Тургенев и др.
Анна Старобинец, корреспондент журнала Русский репортер, взяла у Стоппарда по этому поводу интервью. Это стоит прочесть.

Рыцарь и драматург Том Стоппард возвращает к жизни русских революционеров-утопистов

— Что это было за письмо?

— Будто костер!

— Про Михаила?

— Михаил больше не вернется домой. Я попросил священника мне его прочесть. Михаил был вызван в российское консульство в Берне для получения официального предписания вернуться на родину за связь с какими-то социалистическими крикунами у них там, в Швейцарии. Представь себе, в Швейцарии! Среди всех этих упитанных коров, гор и сыра. Императорским указом бывший поручик Михаил Бакунин лишен дворянского достоинства и сослан на каторгу в Сибирь…
I

…Девушка с подчеркнуто нервической внешностью припадает к коленям пожилого господина. Пожилой господин (деревянно прямая спина, печаль на челе) сидит на стуле в центре пустой сцены, рассеянно гладит нервическую по волосам и смотрит невидящим взглядом в зрительный зал.

В зрительном зале сидит Том Стоппард и смотрит на сцену вполне осмысленно. Стоппард — помимо того что автор этой самой пьесы — первый драматург Европы (с тех пор как в 1967 году в лондонском Национальном Королевском театре была поставлена его пьеса «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» — и по сей день), сценарист («Бразилия», «Ватель», «Влюбленный Шекспир»), режиссер, обладатель венецианского «Золотого льва-1990», сэр (титул был пожалован ему шесть лет назад королевой Елизаветой II) и прочая, и прочая… У сэра породистое, усталое лицо, орлиный нос, кудри в творческом беспорядке; он пьет чай, ест орешки и курит сигареты. В соседнем кресле — режиссер-постановщик пьесы Алексей Бородин, едва различимый в облаках сигаретного дыма, испускаемого сэром (сэр дымит непрерывно). Перед режиссером — только стакан с водой, к которому он, впрочем, не притрагивается, застыв отчего-то в такой же деревянной позе, что и господин на сцене. В зале сидят еще другие актеры, уже отыгравшие в предыдущих актах, а еще нарядные тетушки, сотрудницы РАМТа, а еще ясноликая переводчица Маша, приставленная к сэру… Ну и я сижу: жду сэра, обладателя, победителя и прочая, у которого по окончании репетиции, согласно графику, со мной интервью.

«Берег утопии» — драматическую трилогию на «русском материале», в которой действуют Герцен, Огарев, Бакунин, Станкевич, Белинский, Чаадаев, Тургенев и еще много кто, — Стоппард начал писать десять лет назад и писал пять лет. В 2002−м «Берег» поставили в Великобритании (спектакль из трех частей общей длительностью девять часов публика приняла на ура); две недели назад состоялась премьера первой части трилогии — «Путешествия» — на Бродвее. В московском РАМТе пьесу репетируют уже год (и планируют заниматься этим аж до следующей осени). За этот год Стоппард приезжал, говорят, в Москву раз шесть, не меньше. Три раза публично — честно участвовал в торжественных мероприятиях, круглых столах и общался с прессой — и еще несколько раз практически инкогнито: только для того, чтобы поприсутствовать на репетициях в РАМТе.

Нынешний его визит был как раз третьим из публичных — и самым неудачным: в Англию Стоппард убыл весьма расстроенным. Но об этом позже: в пятницу, 1 декабря, когда мы с ним общались, расстроиться он еще не успел и настроение у него было отменное.

— Солнце зашло?

— Да.

— Зашло?

— Да. Я говорю: да.
Актер Виктор Цымбал, тот, который сидел на стуле, и актриса Дарья Семенова, которая нервическая, спускаются в зрительный зал. Репетиция последней сцены «Путешествия» (диалог между слепым Александром Бакуниным, отцом знаменитого русского анархиста, и Татьяной, сестрой анархиста, в усадьбе Прямухино) наконец окончена. Стоппард жадно отхлебывает чай, медленно поднимается с места и закуривает очередную сигарету:

— Спасибо большое. Мне было очень приятно смотреть на проделанную вами работу. Давайте теперь ее обсудим…

Его английский вызывает у меня острейшую ностальгию по студенческим университетским годам. Такая манера говорить называлась у нас на филфаке «Покойся с миром», Rest in Peace, или, если серьезно, Received Pronunciation: RP. Это такое высококачественное, высоколобое, практически недоступное простым смертным произношение: глубокие гортанные гласные, идеальное интонирование, гордо вздернутый подбородок, верхняя губа всегда неподвижна, нижняя движется, но совершенно противоестественным образом. Это язык английских королей и принцев (в особенности преподаватели истязали нас принцем Чарльзом: имелась немаленькая коллекция записей, на которых принц рассуждал обо всех когда-либо существовавших в мире проблемах — от расовой дискриминации до вымирания динозавров), язык персонажей из трагедий Шекспира, язык небожителей… И вот на этом самом RP Том Стоппард — во плоти и крови, с сигаретой в руке — обращается к актерам. Он говорит долго и медленно, постепенно убаюкивая всех присутствующих ничего не значащей британской колыбельной, состоящей из расшаркиваний и комплиментов («мне нравится и то, и се, и это; русская театральная школа имеет свою специфику; за время моего отсутствия вы совершили большой рывок…»), чтобы потом, не меняя выражения лица, закончить эту безупречно вежливую песню неожиданным предложением «пойти наконец куда-нибудь выпить и поговорить о сексе».

Но это, естественно, шутка: пить и говорить о сексе Стоппард сейчас никак не может, поскольку по графику у него наше с ним интервью, а он человек обязательный, а говорить мы собираемся совсем о другом.

II

— …Кажется, где-то в 1848 году Герцен сказал: «Я совершил ужасную ошибку, уехав из России». Весь остаток жизни он жалел, что уехал, — Стоппард на секунду умолкает, рассеянно отодвигает от себя диктофон и придвигает поближе чашку: интервью для него — явно одна из многочисленных разновидностей чаепития. — То же произошло и с Бакуниным. Они отправлялись на Запад, ожидая найти там ответы на все вопросы. А обнаружили, что ответов там нет — ответы остались дома. Они хотели влиять на Россию издалека — а это утопия. Все глобальные изменения, которые случились в России при следующих двух поколениях, были осуществлены русскими в России, а не русскими за границей. Но тут есть одно «но»: ведь сама революция семнадцатого года имела корни не в русской философии, а в немецкой. Получается, что при любом раскладе русские ставили себя в зависимость от чужих идеалов… В итоге никакой свободы они не обрели — диктатуру царизма просто сменили на диктатуру компартии, а любая диктатура всегда очень боится идей и свободного их обсуждения. Вообще мне — только вы, пожалуйста, учтите, что я говорю как иностранец, как человек со стороны, — мне кажется, что в истории современной России не было периода, когда допускался бы свободный поток идей. Хотя… для развития культуры и общественной мысли диктатура может даже иногда быть полезной — но это, конечно, не повод при ней жить.

— Вам, видимо, близка идея Белинского, который полагал, что писатель по-настоящему важен, когда он находится под гнетом, когда есть цензура?
— Ну, он не совсем так полагал… Просто в давлении Белинский находил положительную сторону: ко всему полузапретному, с трудом преодолевшему цензуру, люди относились с повышенным вниманием, старались прочесть между строк. А во Франции того времени, наоборот, столько всего писалось каждый день, что было очень трудно произвести впечатление. Все это распространяется и на советскую-постсоветскую ситуацию… Можно еще на цензуру вот с какой стороны посмотреть: когда после развала Союза идеологическую плотину прорвало, в Россию ведь хлынуло все подряд, и хорошее, и плохое. Я вот сейчас работаю над новой пьесой. В этой пьесе один английский коммунист с утопическим вИдением Советской России говорит, что СССР — это страна, в которой поэтические сборники тиражом полмиллиона пропадают из магазинов за неделю. А другой персонаж, который как раз живет в коммунистической стране, в Чехословакии, ему на это отвечает: «Видите ли, все дело в том, что в России нельзя продавать порнографию. Если бы порнография была доступна, то поэзия продавалась бы не лучше, чем на Западе». Ну и вот, пожалуйста, мы с вами в Москве эпохи свободного капитализма. Поэзия, кажется, продается плохо — впрочем, я могу судить лишь со стороны, как иностранец.

…Тут стоит, наверное, сэра Стоппарда ненадолго прервать, чтобы сделать вот какую оговорку: говорит он часто действительно с позиции иностранца. Но вот пьесу свою умудрился, мистическим каким-то образом, написать с позиции русского.

Чтобы в этом убедиться, необязательно, кстати, дожидаться премьеры спектакля: буквально на днях все три части «Берега утопии» — «Путешествие», «Кораблекрушение» и «Выброшенные на берег» — вышли в издательстве «Иностранка» отдельной книгой, в переводе Аркадия и Сергея Островских (перевод очень даже приличный; впрочем, придирчивый читатель найдет при желании, над чем покапризничать, в особенности если он избалован «Розенкранцем и Гильденстерном», этих-то Иосиф Бродский переводил…). Так вот: совершенно не верится, что русский этот, с отчетливой «чеховщинкой», роман идей (хоть и пьесы, а все равно по большому счету роман) создан иностранцем. Что всех этих гегельянцев, поэтов, анархистов, философов, революционеров, «разбуженных декабристами» свободолюбцев смог вдруг так хорошо, по-человечески как-то понять герой другого времени и гражданин другого государства. Что запросто сумел поднять их из скучной братской могилы советских учебников и превратить в живых нелепых людей с чахоточным румянцем на щеках. Но, возможно, именно это чудесное «воскрешение» и выдает в Стоппарде иностранца. Советских-то учебников он как раз не читал — зато прилежно читал самих Герцена, Огарева, Белинского, Чаадаева (многие из нас могут блеснуть цитатой-другой из «Былого и дум» или «Литературных мечтаний»?).

Прибавьте еще к этому отменный британский юмор; пьесу свою Стоппард, кстати, поименовал комедией. И не столько потому, что хотел передать привет Чехову, хотя и не без этого, — сколько потому, что местами это действительно очень смешно (из обращения Стоппарда к актерам РАМТа: «Вы, русские, все играете слишком серьезно; поймите, в Англии и Америке зрители много смеются, когда смотрят “Берег утопии”!»).

Шевырев: …Мы с огромным удовольствием преподнесли бы «философические письма» читающей публике. (Молчание.) Если вы удостоите нас такой чести. (Молчание.) Вопрос, конечно, в том, как провести текст через цензуру. (Молчание.) Это вполне возможно, я уверен, только надо изменить одно или два слова. (Молчание.) Два. Я бы попросил вашего позволения изменить два слова. (Молчание.) «Россия» и «мы».

Чаадаев: «Россия» и «мы».

Шевырев: «Мы», «нас», «наше»… Они вроде красных флажков для цензора.

Чаадаев: А вместо них… что же?

Шевырев: Я бы предложил «некоторые люди».

Чаадаев: «Некоторые люди».

Шевырев: Да.

Чаадаев: Оригинально.

Шевырев: Благодарю.

Чаадаев (пробует вслух): «Некоторые люди, не принадлежа ни к Востоку, ни к Западу, остались в стороне от других народов… Возрождение обошло некоторых людей… Некоторые люди сидели в своих норах…»

(«Путешествие»)

— В вашей пьесе речь идет о тех временах, когда люди еще создавали утопии. Сейчас утопий нет, зато жанр антиутопии едва ли не самый популярный в кино и литературе…
— Утописты есть и сейчас, но их, безусловно, нужно записывать в Красную книгу как вымирающий вид. Эпоха идеализма — в привычном понимании этого слова — закончилась. То есть, если говорить об идеализме как о свойстве человеческой души, то я не думаю, что это умерло; просто чем хуже все становится, тем точнее определяется противоположное, и видение того… О боже, сам не понимаю, почему я так сложно об этом говорю! Поживешь тут у вас пару дней… сразу начнешь формулировать все на плохом русском вместо хорошего английского! Так вот: идеализм свойствен человеческой природе и никуда не пропал. Просто сейчас мы имеем дело с оксюмороном: появились пессимистичные идеалисты вместо оптимистичных… В прежние времена люди, недовольные происходящим вокруг, мечтали уехать в какую-нибудь уединенную точку планеты, далеко-далеко, и устроить там идеальную новую жизнь — или присоединиться к той, что уже якобы устроена кем-то. Так было в семнадцатом, восемнадцатом, девятнадцатом веках… А вот в наши дни практически не осталось мест, где можно было бы устроить новое общество. Да и сама идея «уехать очень далеко, и там…» — сама эта идея сегодня нежизнеспособна. Сегодня нет никакого «очень далеко»! Посмотрите на этот… кстати, где он, куда же он делся?.. На этот мой… у меня ведь теперь нет выбора, нет возможности не пользоваться этим моим мобильником!.. Ладно, бог с ним… Современные технологии сделали мир очень-очень маленьким.

— Кстати, насчет уехать. Сейчас Англия опять стала своеобразным центром русской политической эмиграции: Березовский, Дубов, покойный Литвиненко… С чем это связано? Как, по-вашему, аналогии с той волной девятнадцатого века хоть сколько-нибудь уместны?
— В девятнадцатом веке русские оставляли Россию ради свободы думать, читать, говорить, писать и обсуждать. Эти, нынешние, эмигранты покинули Россию не потому, что в Англии для них ценно право свободно высказываться. Сейчас в России не существует — ну насколько мне известно — давления на людей литературы или искусства. Вы можете ведь написать антиправительственный рассказ, памфлет, стихотворение… А вот на людей с политическими амбициями давление существует — именно поэтому они к нам уезжают. Впрочем, параллель провести трудно еще и потому, что не только русские эмигранты сейчас другие — сама Англия тоже другая. Тогда, в девятнадцатом веке, Англия представляла собой некий вариант утопической свободной страны. Газеты могли, например, чуть ли не оскорблять мужа королевы, принца Альберта, — и это называлось «просто высказывать свое мнение»… То, что сказал Вольтер про общество, было верно для Англии: ты можешь абсолютно не соглашаться с тем, что говорит или пишет другой человек, но ты должен до последней капли крови защищать право этого человека говорить и писать эти вещи. Какие-то отзвуки этой утопии живы до сих пор — можно спокойно назвать правительство сборищем дураков и преступников, и с тобой ничего не случится… И все же то, как Герцен и Огарев описывают Лондон Чернышевскому в 1856−м, уже нельзя повторить в 2006−м…

Чернышевский: Я заблудился.

Огарев: А полицейского почему не спросили?

Чернышевский: Полицейского?

Огарев: Нужно было спросить. Они называют вас «сэр» и, кажется, являются тут видом общественных услуг. Они помогают тем, кто заблудился. Им выдают карты и географические справочники. Часто видишь их по двое, так что им есть с кем проконсультироваться. Они на каждом углу. По ночам они носят с собой фонари, чтобы можно было разглядеть карту. Каждый русский, приезжающий сюда, видит всех этих полицейских и, естественно, начинает нервничать. Проходят недели, прежде чем он начинает понимать, что их назначение — подсказывать прохожим, как и куда пройти.

(«Выброшенные на берег»)
— …Теперь все уже не вполне так. Нет этой абсолютной свободы. У нас, например, по-прежнему есть присяжные, но теперь работает правило «вердикта большинства». Еще во времена моей молодости подсудимый считался невиновным, пока все двенадцать человек не скажут, что он виновен; теперь нужно, кажется, девять человек из двенадцати… Но это так, мелочи. Главное, что сейчас, в век терроризма и обвязанных взрывчаткой смертников, путешествующих в поездах и самолетах, приправа к свободе очень остра. И общество постоянно совершает крупную сделку: вы можете купить свободу, расплатившись национальной безопасностью, — и наоборот. Власти предпочитают национальную безопасность. Страх перед терроризмом дает им индульгенцию на усиление контроля. Знаете, у нас в Англии расставлено, мне кажется, больше скрытых камер, чем в любой другой стране мира. Они просто везде, как будто мы живем в романе Оруэлла — это к вопросу об антиутопии…. Ты делаешь покупки — тебя снимают, ты ждешь трамвая — тебя снимают, ты проезжаешь по автомобильной эстакаде — номер твоей машины и точное время фиксируются. Это же мир Большого Брата! Просто мы сами пока до конца этого не осознаем.

— По-вашему, на свободе и демократии плохо отразилось изменение принципа поляризации мира: взамен устаревшей коммунистическо-капиталистической оппозиции — оппозиция западный мир — исламский мир?
— О да, безусловно! Фукуяма в своем «Конце истории» ошибался, не правда ли? Он слишком привык к идее, что линия фронта была идеологической. Когда коммунизм пал, огромная, опасная опухоль, вредившая миру во всем мире, была, по его мнению, удалена. А теперь появилась новая глобальная линия фронта — религиозная. И чем более этот экстремизм, этот религиозный фундаментализм иррационален, тем более он пугающ. Сейчас оппозицию капитализм—социализм можно вспоминать как старые добрые времена. Потому что в те времена между коммунистами и капиталистами всегда был возможен рациональный спор, была возможность дебатов. С религиозной линией фронта такой возможности нет. Вообще мир сегодня изменился очень сильно — и, кажется, необратимо.

— Что вы имеете в виду?
— До сих пор движение было поступательным. Ничто не менялось кардинальным образом. Человек («a man or a woman»; речь Стоппарда вообще пестрит политкорректными длиннотами: каждый «человек» немедленно распадается на «мужчину» и «женщину», от каждого «он» отпочковывается «или она». — А. С.), живший во времена Герцена, думал, что это и есть конечный вариант развития мира. Он — или она — оглядывался на Золотой век, а свой воспринимал как какой-то мрачный итог. Потом, сто лет спустя, уже герценовские времена воспринимались как Золотой век. В сороковые изобрели атомную бомбу, и тогда все подумали: вот он, предел того, насколько все может быть плохо. А потом прошло еще пятьдесят лет, и все снова изменилось к худшему — это-то нормально, людям свойственно воспринимать свое время как наихудшее… Только штука в том, что теперь это уже не количественное изменение, а качественное. Это уже не просто «более то же самое, что было до этого» — это что-то другое. Феномен борца-самоубийцы, террориста с бомбой на теле — нет ведь никакого внятного объяснения тому факту, что он появился в обществе только и именно сейчас! Да, были странные вещи вроде японских пилотов-камикадзе, но они воспринимались как одиночное, конкретное отклонение от нормальной человеческой природы. Теперь произошла мутация. Мы больше не верим, что все обратимо, что при желании можно вернуться тем же путем… В конце сороковых, когда я только приехал в Лондон, я мог пройти по Даунинг-стрит к дому, где живет премьер-министр, и просто посмотреть на его дверь, или сфотографировать, или позвонить в звонок, если бы мне вдруг очень захотелось, и спросить: «А премьер-министр дома?» И тогда бы мне, самое большое, сказали: «Эй, не звони в эту дверь — и вообще веди себя нормально!» Потом, когда возникла «ирландская проблема», на Даунинг-стрит были сделаны заграждения и по этой улице стало невозможно ходить. Да, а еще там сделали специальную разметку, которая окрашивает шины вашего автомобиля… И вот это уже никогда не станет «как раньше». Больше никогда не будет такого времени, когда премьер-министр НЕ будет жить в своем бункере, как какой-то напуганный тиран, — в разгар этой так называемой демократии… И эти заграждения, эти полицейские укрепления ради безопасности — их становится больше с каждой неделей. Даже у моего дома есть шлагбаум. Я не знаю зачем. Двадцать лет назад, когда у нас была «ирландская проблема», кто-то счел необходимым установить его перед большим многоквартирным домом, в котором я живу. Теперь «ирландской проблемы» нет, а шлагбаум по-прежнему есть. Зачем, для чего? А эта камера на входной двери, которая фиксирует каждый мой уход из дома и каждое возвращение? Ужасно. Если бы я был утопистом-идеалистом, я бы поехал куда-нибудь подальше устраивать новое общество без заграждений и шлагбаумов — не знаю, куда-нибудь в центр Китая, — хотя нет, с Китаем я уже опоздал. Ну в Сан-Паулу — впрочем, и туда тоже… Но это уже слишком серьезный разговор. Задайте мне, пожалуйста, какой-нибудь тривиальный вопрос…

…На самом деле не такой уж Том Стоппард и британец, если говорить о происхождении. Он родился в 1937−м в Чехословакии, в городе Злин, и звали его Томас Штраусслер. В 1939−м, спасаясь от нацистов, Штраусслеры уехали в Сингапур. В 1942−м, незадолго до вторжения Японии в Сингапур, Томас с матерью и братом бежали в Индию; отец не успел выехать и погиб. В 1945−м мать вышла замуж за офицера британской армии Кеннета Стоппарда — и он увез ее вместе с двумя сыновьями в Англию.

С семнадцати лет Стоппард работал газетным репортером (бросив при этом университет), в 1963−м заделался театральным критиком с псевдонимом Вильям Бут, а на досуге пописывал радио— и просто пьесы — и в 1966−м одна из них превратила его в знаменитость национального, да и мирового масштаба. «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» — умная, грустная, блестящая литературная игра на шекспировском поле (отодвинув прежнего виновника торжества, принца Датского, на второй план, а на первом разместив понятно-кого-из-названия, Стоппард сконструировал почти античную историю о слепом роке, о роле случайности, о не-свободе человека распоряжаться своей судьбой). Пьеса эта, кстати, сгодилась Стоппарду дважды: позже именно по ней он снял одноименный художественный фильм, за который получил в Венеции «Золотого льва».

В 1972−м Стоппард впервые женился (всего он сменил трех жен-англичанок), через месяц после свадьбы у него родился первый сын (сейчас сыновей — от разных жен — четверо)…

Задать тривиальный вопрос? Задаю: «Том, ощущаете ли вы себя в полной мере англичанином в Англии, куда переехали уже во вполне сознательном возрасте?»

И сразу же понимаю, что вопрос излишен. Понятно ведь, что он ответит, этот клетчатый (в комнате, где мы беседуем, прохладно: на Стоппарде рубашка, жилетка, пиджак и шарф, и все это в клеточку; клеточки очень уютные, большие и малые, всех оттенков голубого и серого).

— О да. Я — англичанин. Собственно, до Англии, сколько я себя помню, я всегда был беженцем и толком нигде не жил. А Англию сразу полюбил. Зато к Чехословакии долгое время был, честно говоря, абсолютно равнодушен. Какие-то чувства пришли уже позже.

— В некоторых ваших пьесах уже появлялись «русские» персонажи, например Ленин в «Травести», да и восточноевропейские тоже. Ваш интерес к России и Восточной Европе все-таки как-то связан с тем, что вы по происхождению чех?
— Нет, думаю, мое происхождение тут ни при чем. Этот интерес — интерес именно англичанина. Просто я, как и очень многие англичане в семидесятые годы, был вовлечен в правозащитное движение, меня интересовали человеческие права и свободы. Некоторые англичане ехали тогда в Никарагуа, а я выбрал Восточную Европу.

…В конце семидесятых Стоппард действительно активно занимался правозащитной деятельностью. В августе 1976−го он выступал на Трафальгарской площади с протестом против грубого обращения с советскими диссидентами. В 1977−м, после публикации в «Нью-Йорк таймс» статьи «Грязное белье в Праге», касающейся репрессий в Чехословакии, он в составе делегации «Международная амнистия» ездил в Москву и Ленинград, а позже — в Прагу, где встречался с писателем Вацлавом Гавелом. Свобода для Стоппарда — понятие явно не абстрактное. Свободой он, можно сказать, болеет, о ней он говорит в каждом интервью, на каждой пресс-конференции, при каждом удобном случае; о ней же и пишет. «Берег утопии», по крайней мере, — пьеса в первую очередь про свободу.

Герцен: …Разумеется, его снова судили и отправили на рудники. Конфисковав все имущество. Это имущество состояло из семисот душ. Что не так на картине? Да ничего. Просто это Россия. Поместье здесь измеряется не в десятинах, а в количестве взрослых крепостных душ мужского пола. И борцом за перемены здесь становится не взбунтовавшийся раб. А раскаявшийся рабовладелец. Поразительная страна!..

(«Путешествие»)

— …Герцен был одержим идеей торжества индивидуальности. Больше всего он боялся любой формы коллективизации, пусть даже и философской, когда несколько людей решают за миллионы — будьте такими-то и такими-то… Любую идеологию, приводившую к уравниловке, он ненавидел всем сердцем. Для Герцена оправдание существования человечества заключалось в осуществлении идеи индивидуального. Свобода индивида на полное самовыражение — вот за что он боролся всю свою жизнь! И мне это очень близко…

— А насколько, интересно, Герцен, Белинский — вся эта компания — известны в Англии и вообще на Западе?
— Абсолютно неизвестны. Разве что нескольким интеллектуалам, да и то… Один именитый американский критик издал «Былое и думы». Во вступлении он написал, что провел эксперимент: спросил своих друзей, знают ли они хоть что-то про Герцена. Друзья его, к слову сказать, были важными людьми в книжном бизнесе, литературными критиками и так далее, — так вот, ни один ничего не знал. Это было пятьдесят лет назад. Сейчас ситуация несколько изменилась, и — скажу без ложной скромности — во многом благодаря мне. Например, два месяца назад вышла длиннющая статья про Герцена в «Нью-Йоркере»: «Берег утопии», безусловно, сыграл в ее появлении не последнюю роль. Кстати, я встречался с одним из потомков Герцена в Калифорнии. Вот забавно: парня действительно зовут Герцен… А вообще в США живет около пятидесяти прямых потомков Герцена. Могли бы собраться вместе, чтобы… ну чтобы хотя бы сделать большую общую фотографию… Да, а Белинский — о Белинском вообще никто слыхом не слыхивал.

— Как же вы так рисковали — пять лет писали пьесу, в которой какие-то совершенно неизвестные публике исторические личности на протяжении девяти часов ходят туда-сюда и обмениваются идеями? Не боялись, что такой сверхинтеллектуальный продукт публика не примет?
— Почему это она должна была его не принять? Публика не такая уж и глупая… И в Лондоне, и в Нью-Йорке на «Береге утопии» был аншлаг. Вообще не верю я в это разделение культуры на интеллектуальную и массовую.

— А как же кино? Вы же сами сценарист… Кино разве не расслоилось довольно четко на более или менее интеллектуальное — и некий шаблонный ширпотреб?
— Для меня этой дихотомии — интеллектуальное—массовое — просто не существует, и в кино тоже. Для меня есть три градации: кино бывает очень плохим, средней паршивости и отлично сделанным. Это касается и эротических комедий, и артхауса в равной степени. Некоторые режиссеры-»интеллектуалы» снимают невыносимое занудство, а некоторые глупенькие голливудские комедии могут быть замечательными и увлекательными. Есть старое доброе деление на хорошее и плохое — и я в него верю. Знаете, самый ужасный фильм, который я когда-либо видел, — это фильм Жан-Люка Годара 1968 года, в котором снялись «Роллинг стоунз» (Sympathy for the Devil. — А. С.) И в ситуации выбора я, безусловно, сходил бы не на Годара, а на Уолта Диснея.

III

Белинский: …Всякий раз при слове «Россия» мы начинаем смущенно ухмыляться и дергаться, как полоумные. «Россия!» А, ну да, извините. Вы же сами понимаете, глухомань: не история, а варварство; не закон, а деспотизм; не героизм, а грубая сила, и вдобавок эти всем довольные крепостные. Для мира мы лишь наглядный пример того, чего следует избегать. Но великий художник способен все изменить, я имею в виду Пушкина до, скажем, «Бориса Годунова», он теперь, конечно, исписался. Ни одной великой поэмы за годы, но даже Пушкин… Когда при слове «Россия» все будут думать о великих писателях и практически ни о чем больше, вот тогда дело будет сделано. И если на улице Лондона или Парижа вас спросят, откуда вы родом, вы сможете ответить: «Из России. Я из России, жалкий ты подкидыш!..»

(«Путешествие»)

Книга недели - Дети гламурного рая

2010-05-14T16:23:00.002-04:00

В книгу Эдуарда Лимонова "Дети гламурного рая " вошли статьи, которые публиковались на страницах журналов GQ, Rolling Stone, Architectural Digest, а также те, которые были специально написаны для этой книги. Все они объединены общей темой - размышлениями писателя о том, что мы обычно называем стилем жизни. Эдуард Лимонов уверен, что каждый человек волен выбрать себе ту жизнь, которая ему интересна, тех героев, которым хочет подражать, и тех женщин, которыми может восхищаться. Он рассказывает в книге о своем Нью-Йорке и своем Париже, о случаях, которые происходили в его жизни, о любимых фильмах и музыкантах. Книга состоит из шести разделов: О любви, О возрасте, О стиле, О путешествиях и приключениях, О Париже, О моде. Книга проиллюстрирована фотографиями из архива писателя.
Марк Иофффе, филолог, этнолог и куратор архива при библиотеке Университета Джорджа Вашингтона, так вспоминает Лимонова (ред.автора):
"Лимонов был явлением освобождающим в русской культуре того времени не только по тому, что он внес в нее новую сексуальную эестетику и моральное раслабление с ней связанное, но и потому, что он создал образ (на своем примере и подобии) нового современного русского писателя, образ в те темные времена еще почти не виданный...
Кроме того, когда пришла известность, он ей искрене наслаждался, он был тем модерным писателем, каким является почти каждый маломальски успешный западный писатель который занимается само-промоутерством, само-популяризацией, само-рекламой. Поэтому Лимонов был столь неприятен даже глубокому и мудрому Сереже Петрунису.
Невероятно цинично звучали в те времена слова приписываемые Лимонову: «мне все равно, что обо мне говорят -- плохо или хорошо, лишь бы говорили»! Русские писатели так не говорили в те времена. Эта была полная анафема. За это надо было убивать, и по этому создался «Коммитет по уничтожению Лимонова».
А Лимонов тем временем наслаждался скандалом: читал лекции по университетам, ездил на конфренции, перетрахал армию американских слависток, и продолжал писать все лучше и лучше.
Когда он приходил к нам в Руссику, это был как визит рок-звезды: Дэвид Даскал, забегал в мой угол и с горящими глазами оповещал: Лимонов пришел! Я скромненько выдвигался в центральный зал магазина, где в окружении хозяев и Сумеркина стоял и шутил знаменитый автор. Он был таким же как в известной фотографии на обложке «Эдички»: вихрастый ладный молодой мужчина в больших очках, и одетый, так как можно было ожидать от Лимонова судя по его рассказам о самом себе. Фасон его одежды лишь маргинально относился к моде того времени. Обычно он был в узких обтягивающих черных джинсах, из под которых торчали острые носы ковбойских сапогов. На нем был яркий, тонкой материи пиджак без подкладки, на одной пуговице и с узкими лацканами, как это было модно в те годы. Лацканы могли быть подняты. Под пиджаком была либо черная футболка либо цветная рубашка с тонким, по тогдашней моде, галсуком. Рукова пиджака были засучены, опять-таки по тогдашней моде.
Красивым Лимонова назвать было нельзя, лицо его было слишком бабьим, но он был очень живой, было видно, как интересно ему жить, интересны люди и сам он себе был очень явно интересен. И этот интерес к себе и к своим реакциям на окружающую жизнь зажигали и привлекали. Он далеко не был скромен, но не был и высокомерен. Он был явно талантлив, и талант этот проявлялся в банальнейшей повседневности, как это было в жизни, насколько я помню, с Высоцким, а теперь с рок звездой из Гоголь Борделло Евгением Хютцем.
Что меня всегда сильно привлекало в Лимонове это то, что он очень великалепно матерился. Его матерная речь была его нормальной речью, очень естественной и плавной.
Впрочем в Руссике мы все матерились очень красиво. Мы собственно иначе и не разговаривали друг с другом. Собственно вся русская богема в Нью Йорке сделала мат частью своей повседневной речи. Мы и по сей день иначе не говорим между собой.
Но в литературу первым это конечно внес Лимонов и научил с легкостью и простотой пользоваться матом, выражая aбсолютно все мысли, в то числе самые нежные и трогательные.
И в тоже время у Лимонова было одно неожиданное качество, которое почти противоречило всему его облику, образу и эстетике: у него напрочь отсутствовало чувство юмора. Он был наудивление неостраумен. То есть он шутил и смеялся чужим шуткам, и метко материл общих знакомых, но в целом его отношение к бытию было не ироническим, юмористическим, а черезвычайно драматическим и даже трагическим. Особенно в отношении к самому себе.
Видимо Лимонов знал это про себя и поэтому его тянуло к таким великалепным остроумникам, как покойный Сергей Курехин или Сергей Жариков. В том, что в дискурсе Нацболов много шикарного остроумия это видимо не заслуга Лимонова. Хотя конечно он дал и поддержку и платформу чужому остроумию." Читать блог Марка Иоффе.

Поздравляем с праздниками!

2010-05-08T12:25:00.003-04:00

Книга недели - Нумерация с хвоста

2010-05-07T16:41:00.007-04:00

Если хочется узнать честное мнение читающего человека о выходящих новинках, следует обращаться к обзорам Льва Данилкина. Без его "Путеводителей по русской литературе" было бы труднее составить портрет современной русской литературы. Данилкина отличает непредвзятое отношение как к современным мастерам, так и к писателям традиционно "выдающим" по книжке в год, и к новым именам, у которых нет ни средств ни покровителей. Данилкин просеивает всех через одно и то же сито и составляет собственные книжные рейтинги. Нужно отметить, что основательный подход критика сдобрен отличным юмором и колкими замечаниями. Чтение его обзоров - это не сбор информации. Это - совершенно самостоятельное и интересное чтение.
Книга этой недели - Нумерация с хвоста. Путеводитель по русской литературе, автор - Лев Данилкин.
Всего в книге шесть списков: Качественная беллетристика, Герой нашего времени, Высокая литература, Биографии и автобиографии, Высокая фантастика, и Женский список (всего 53 книги).
_________
Не забудьте посмотреть, что у нас новенького: вот здесь.

We have updated our web pages...

2010-04-29T12:23:00.002-04:00

... and we hope that you will find them helpful.
We've added a page about new books (we will be adding our noteworthy arrivals there); there is a page for SALE items (this is how one can stretch a dollar and still get something interesting - sale books are simply all last copies, most of them new); there are also photos of our store, if you have never been here you can take a peek. Let us know what you think.

The Day of the Book

2010-04-26T10:23:00.007-04:00

Yesterday we celebrated The Day of the Book here in Kensington. There was live music, poetry readings, free book appraisal, book signings, art, and many, many books!
If you could not make it this year, make sure you mark your calendar for the next one.
This celebration would not be possible without Elisenda Sola-Sole, the owner of Kensington Row Bookshop. Thank you, Eli, for the great time we had yesterday!
The Blues and Rock 'N Roll band we all enjoyed is called The Night Hawks:
Here are some photos:

Книга недели - Оптический обман

2010-04-24T10:04:00.006-04:00

Книга этой недели - "Оптический обман" Даниила Хармса
Литератор-авангардист, член Ордена Заумников, один из основателей ОБЕРИУ (Объединение Реального Исскусства), Хармс писал стихи, миниатюры, рассказы, стихи и истории для детей.
Хармс был дважды обвинен в "антисоветской деятельности". Строки, написанные в 37-м году: «Из дома вышел человек с дубинкой и мешком, и с той поры исчез» вызывали у представителей власти большие подозрения. Повесть "Старуха"* - многослойное произведение. Старуха вторглась в мир героя и царствует в нем даже будучи мертвой. Это смесь ужаса, страха, насилия и смеха. В то же самое время, старуха - это Россия, которая извивается в смертельном объятии Советского Союза.
После публикации "Старухи" (1939) и коротких историй, Хармса перестают печатать.
За свою 36-летнюю жизнь, Хармс был дважды арестован и приговорен к каторге, был выслан на три года в Курск, провел год в психиатрической клиннике, где и умер во время блокады Ленинграда в 1942 году.
Сборник "Оптический обман" содержит случаи, рассказы и стихотворения.
_______________________

*Отличный перевод повести "Старуха" на английский язык, на наш взгляд, был сделан Матвеем Янкелевичем и издан в UglyDucklingPresse (книга называется "Today I Wrote Nothing")

We Missed You at the ASN Conference!

2010-04-21T10:03:00.003-04:00

We missed you in New York City at the ASN Conference!
The conference has ended, but you can still grab some great savings! We prepared a nice selection of books for the conference - covering a wide-range of interesting topics - Islam, Russian-Jewish relations, Central Asia, Russia- Chinese relations, Indian-Pakistani relations and more!

The 50% discount on these book titles is still good until the end of April, but at this discount, the books will not be around forever!
Feel free to browse our list and place orders(PDF)
The offer ends on April 30th, 2010.

Cosmonaut Day Books

2010-04-19T12:17:00.005-04:00

On April 12, 1961, Yuri Gagarin surprised the people of the USSR, the USA and the world by becoming the first human in space. His brief orbit of the planet heralded the beginning of a new chapter in the history of mankind and confirmed that space would also be the next front of the cold war. Politically, the race to space and later the moon would be viewed as the struggle between the two world superpowers - on a human level, both cosmonauts and astronauts would face challenges never before faced by humans and tragedies, death and incredible triumphs.

The selected list of titles has something for everyone interested in space from detailed first-hand accounts written by designers and cosmonauts to general histories outlining the idea of space travel to its realization.

Please click here to see the newsletter with titles and offers
Join our mailing list

50% off some last copies

2010-04-17T11:25:00.002-04:00

Yes, a lot of last copies at our store are 50% off. This is how we make room for new arrivals and help you save money. And the shipping is free if your order is over $25. How great is that?
Click here to learn about the details
Offer is valid through April, 30th, 2010.

Beverly Aliance, USA about the book called Hello, America!

2010-04-16T16:18:00.002-04:00

The book Hello, America! is a comprehensive guide to America written in Russian for new emigrants.

Let us know what you think about this book.

We're starting a blog

2010-04-16T13:51:00.001-04:00

The main purpose of this blog is to make announcements, share our news, comment on our projects, and tell about the new arrivals and books that we read. Please follow us here or/and on Twitter - @russiaonlineinc
Visit our web site www.Russia-on-line.com